LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 36
(всего 62)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

лением Конституционного Суда РФ «По делу о толковании отдельных по-
ложений статей 125, 126 и 127 Конституции РФ» от 16 июня 1998 г.7;
постановлением № 8 Пленума ВС РФ от 31 октября 1995 г. «О некоторых
вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении право-
судия» (пп. 2, 3, 4, 5, 7)8.
'СЗ. 1997. №1. Ст. I.
2СЗ. 1994. № 13. Ст. 1447.
3СЗ. 1999. №26. Ст. 3170.
4 СЗ. 1999. №2. Ст. 231.
5СЗ. 1999. №26. Ст. 3176.
6 СЗ. 1999. № 42. Ст. 5005; 2000. № 31. Ст. 3205.
'СЗ. 1998. №25 Ст. 3004.
'ВВС РФ. 1996. № 1.С. 3.
Конституционный Суд РФ как судебный орган конституционного кон-
троля занимает особое положение в системе федеральных судов, потому
что в отличие от общих и арбитражных судов его юрисдикционная дея-
тельность носит не правоприменительный, а правопроверяющий характер'.
В связи с этим Конституционный Суд РФ при рассмотрении дел в порядке
конституционного судопроизводства решает только вопросы права. Уста-
новление фактических обстоятельств дела осуществляется им постольку,
поскольку это не входит в компетенцию иных федеральных судов (ч. 2 и 3
ст. 3 ФКЗ «О Конституционном Суде РФ»). В порядке конституционного
судопроизводства Конституционный Суд РФ рассматривает два вида спо-
ров, имеющих конституционное значение: а) споры о конституционности
законов и иных нормативно-правовых актов; б) споры о компетенции ме-
жду органами государственной власти РФ и субъектов РФ.
Споры о конституционности нормативно-правовых актов. При
рассмотрении дел по спорам о конституционности нормативных актов
Конституционный Суд РФ осуществляет фунщию нормоконтроля, юриди-
ческая сущность которой состоит в том, что «акты или их отдельные поло-
жения, признанные Конституционным Судом неконституционными, утра-
чивают силу» (ч. 6 ст. 125 Конституции РФ). Поскольку правопримени-
тельная деятельность общих и арбитражных судов невозможна без соот-
ветствующей оценки применяемых по конкретному юридическому делу
законов и иных правовых актов (см. ст. 15, 120 Конституции РФ; ст. 3, 12,
13 ГК РФ; ст. 116 ГПК; ст. 11, 22, 24 АПК), возникает проблема соотноше-
ния и разграничения юрисдикционных полномочий федеральных судов:
Конституционного Суда, судов общей юрисдикции, арбитражных судов по
оценке ими правовых актов, образующих в своей совокупности правовую
систему РФ (то есть по осуществлению функции нормоконтроля). Особую
остроту указанная проблема приобрела в связи с постановлением Консти-
туционного Суда РФ от 16 июня 1998 г. по делу о толковании отдельных
положений статей 125, 126 и 127 Конституции РФ2, а также развернувшей-
ся вокруг этого постановления дискуссией".
Толкуя ст. 125, 126 и 127 Конституции РФ, Конституционный Суд РФ
пришел к выводу, что суды общей юрисдикции и арбитражные суды не
вправе проверять нормативно-правовые акты на соответствие их Конститу-
' См.. напр.: Определение Конституционного Суда РФ «По запросу Арбитражного суда
города Москвы о проверке конституционности пунктов 1 и 4 части четвертой статьи 20 ФЗ «О
банках и банковской деятельности» от 5 ноября 1999г.//СЗ. 1999. № 52. Ст. 6460 (с. 11503).
2СЗ. 1998. №25. Ст. 3004
3 См.: Рос юстиция. 1998. № 8, 9, 10, 11, 12.
254 Раздел IV. Компетенция судов общей юрисдикции
ции РФ и федеральным законам'. В обоснование своего вывода Конститу-
ционный Суд сослался, во-первых, на отсутствие специальной регламента-
ции такой деятельности общих и арбитражных судов как на уровне Кон-
ституции РФ, так и ФКЗ и, во-вторых, на отсутствие соответствующих этой
деятельности специфических форм правосудия, подобных конституцион-
ному судопроизводству. Однако эти доводы КС РФ несостоятельны по сле-
дующим причинам.
Что касается особого положения конституционного судопроизводства
как специфической формы правосудия, то его особенность и специфика по
сравнению с гражданским и арбитражным судопроизводством не выходит
за рамки своеобразного разделения труда (специализации) между тремя
ветвями судебной власти (см. ч. 2 ст. 118, ст. 125, 126 и 127 Конституции
РФ). В этом плане гражданское и арбитражное виды судопроизводства та-
кие же специфичные формы правосудия, как и конституционное. Более
того, по смыслу действующей Конституции РФ (ст. 118, ч. 1 ст. 120, ч. 1
ст. 128) федеральные суды осуществляют судебную власть в пределах ус-
тановленной нормами Конституции РФ (ст. 125, 126, 127) компетенции
самостоятельно и независимо от чьей бы то ни было воли, кроме случаев
взаимного влияния в порядке и по основаниям, установленным законом.
По степени взаимного влияния трех ветвей судебной власти конститу-
ционное и гражданское виды судопроизводства вряд ли уступают друг дру-
гу. Если решение Конституционного Суда о неконституционности норма-
тивного акта, примененного по конкретному делу, может повлиять на по-
зицию общего или арбитражного суда опосредованно, то есть через проце-
дуру пересмотра судебных постановлений, которая еще не гарантирует
качественного изменения выводов общего или арбитражного суда по суще-
ству дела в целом (ч. 1 ст. 120 Конституции РФ, ч. 1 ст. 5 ФКЗ «О судебной
системе РФ», ч. 2 ст. 314 и ч. 2 ст. 331 ГПК, ч. 2 ст. 178 и ч. 2 ст. 190 АПК),
то суды общей юрисдикции (гражданское судопроизводство) через инсти-
тут преюдиции способны оказать прямое влияние на выводы арбитражных
судов (арбитражное судопроизводство) по существу рассматриваемых ими
дел (ст. 58 АПК). В этой связи обращают на себя внимание недостаточно
корректные утверждения Конституционного Суда РФ (см. п. 4 постановле-
ния от 16 июня 1998 г.). Одно из них сводится к тому, что постановления
' Данный вывод получил подтверждение в последующих актах КС РФ См., напр.: Поста-
новление Конституционного Суда РФ по делу о проверке конституционности отдельных по-
ложении ФЗ «О прокуратуре РФ» от 11 апреля 2000 г. //СЗ. 2000. № 16. Ст. 1774; Определение
Конституционного Суда РФ по ходатайству Председателя Правительства Республики Карелия
о разъяснении постановлении КС РФ от 16 июня 1998 г. и 11 апреля 2000 г. // СЗ. 2001. № 11.
Ст 1070.
Глава 13. Подведомственность юридических дел 355
КС РФ о неконституционности нормативных актов обязывают всех право-
применителей, включая суды обшей и арбитражной юрисдикции, действо-
вать в соответствии «с правовыми позициями Конституционного Суда
РФ». Представляется, что в данном случае Конституционный Суд РФ вы-
шел за пределы своих конституционных полномочий, присвоив своим ре-
шениям более высокий статус по сравнению с тем, который определен
Конституцией РФ. Такое утверждение Конституционного Суда противоре-
чит ч. 2 ст. 4 и ч. 1 ст. 120 Конституции РФ, предусматривающим положе-
ния о верховенстве Конституции РФ, независимости судей и подчинении
их (включая судей Конституционного Суда РФ) только Конституции РФ, а
также ч. 1 ст. 5 ФКЗ «О судебной системе РФ», в силу которой федераль-
ные суды осуществляют судебную власть самостоятельно и независимо от
чьей бы то ни было воли, подчиняясь Конституции РФ и закону. В связи с
этим роль и значение постановлений Конституционного Суда РФ о некон-
ституционности нормативных правовых актов ограничиваются лишь тем,
что неконституционный акт исключается из правовой системы РФ (ч. 6 ст.
125, ч. 1 ст. 15 Конституции РФ), вследствие чего общие и арбитражные су-
ды при рассмотрении конкретных юридических дел обязаны руководство-
ваться действующей правовой системой РФ, а не правовой позицией Кон-
ституционного Суда как таковой.
Согласно другому утверждению Конституционного Суда РФ, решения
общих и арбитражных судов в отличие от его решений не обладают такой
же юридической силой (имеются в виду официальность и общеобязатель-
ность), а поэтому «не обязательны для других судов по другим делам». Та-
кое мнение Конституционного Суда не соответствует правовой действи-
тельности, потому что противоречит, во-первых, положениям ст. 3 и 6 ФКЗ
«О судебной системе РФ», ст. 7 ФКЗ «Об арбитражных судах в РФ», ст. 13
АПК, ст. 13 ГПК, в соответствии с которыми акты всех ветвей судебной
власти носят официальный и общеобязательный характер. Во-вторых, при-
веденное выше мнение Конституционного Суда противоречит ч. 2 и 3
ст. 55, п. 4 ст. 214 ГПК; ч. 2, 3, 4 ст. 58 и п. 1 ч. 1 ст. 81 АПК, предусматри-
вающим через институты преюдиции и приостановления производства по
делу обязательность актов одних судов для других судов и по другим
делам.
Таким образом, конституционное, гражданское и арбитражное виды
судопроизводства представляют собой равноправные формы правосудия,
оказывающие влияние друг на друга лишь в той мере, в какой это необхо-
димо для поддержания конституционного баланса различных ветвей су-
дебной власти, специализирующихся на рассмотрении подведомственных
им категорий юридических дел.
Раздел IV. Компетенция судов общей юрисдикции
Далее, отрицая право общих и арбитражных судов самостоятельно
оценивать (проверять) нормативные правовые акты с точки зрения соответ-
ствия их Конституции РФ и федеральному закону, Конституционный Суд
сослался на отсутствие регламентации такой деятельности на уровне Кон-
ституции РФ. При этом было обращено внимание на то обстоятельство, что
ст. 125 Конституции РФ, в отличие от ст. 126 и 127, предусматривает спе-
циальную регламентацию деятельности Конституционного Суда РФ, в том
числе по проверке им конституционности нормативно-правовых актов. Од-
нако буквальное содержание и смысл сравниваемых норм Конституции РФ
не дают оснований для подобных утверждений. С точки зрения объема
конституционной регламентации деятельности Конституционного Суда
РФ, Верховного Суда РФ и судов общей юрисдикции, а также Высшего
Арбитражного Суда РФ и арбитражных судов, ст. 125 Конституции прак-
тически ничем не отличается от ее ст. 126 и 127, потому что «специальная
регламентация» на конституционном уровне деятельности всех федераль-
ных судов ограничивается перечислением основных направлений их дея-
тельности, то есть определением видов, категорий дел, подведомственных
Конституционному Суду, общим и арбитражным судам согласно их спе-
циализации. Детальная же регламентация конституционного, гражданского
и арбитражного судопроизводств осуществляется специальными законами,
а именно ФКЗ «О Конституционном Суде РФ», ГПК, ФКЗ «Об арбитраж-
ных судах в РФ», АПК. Содержащийся в ст. 125 Конституции перечень
субъектов права на обращение в Конституционный Суд нельзя расценивать
как исчерпывающее доказательство более глубокой, то есть специальной
регламентации деятельности Конституционного Суда по сравнению с дру-
гими федеральными судами (ст. 126 и 127), потому что характер субъекта -
инициатора конституционного судопроизводства является одним из кон-
ституирующих признаков дел, составляющих предмет ведения Конститу-
ционного Суда, а поэтому не выходит за рамки общей регламентации его
деятельности. Единственное исключение представляет собой ч. 6 ст. 125
Конституции, положения которой, действительно, выходят за рамки общей
(по сравнению со ст. 126 и 127) регламентации деятельности федеральных
судов, потому что определяют юридические последствия только решений
Конституционного Суда по одной из подведомственных ему категорий
юридических дел - дел о неконституционности нормативных актов. Однако
при решении вопроса об объеме конституционной регламентации деятель-
ности федеральных судов нельзя ограничиваться анализом лишь трех кон-
ституционных норм (ст. 125, 126 и 127), потому что юридические послед-
ствия деятельности общих и арбитражных судов по оценке ими норматив-
ных актов определены в иных нормах Конституции РФ, а именно в ч. 2
ст. 120, ч. 3 ст. 90, ч. 3 и 5 ст. 76, ст. 15. Поскольку правоприменение со-
ставляет предмет деятельности только общих и арбитражных судов, то со-
держащиеся в указанных выше нормах Конституции последствия оценки
нормативно-правовых актов в виде неприменения противоречащего Кон-
ституции или федеральному закону нормативно-правового акта, а также
принятия решения в соответствии с правовыми положениями, имею-
щими наибольшую юридическую силу, адресованы не Конституционному
Суду, а судам общей и арбитражной юрисдикции как правоприменитель-
ным органам. Это, в свою очередь, означает, что право и вместе с тем
обязанность общих и арбитражных судов оценивать подлежащие
применению по конкретному юридическому делу нормативные правовые
акты на их конституционность и законность1 непосредственно вытекают из
конституционных норм, а поэтому не могут быть отменены или умалены
кем бы то ни было, в том числе и Конституционным Судом РФ (ч. 4 ст. 5
ФКЗ «О судебной системе РФ»). Кроме этого, поскольку оценка
нормативного правового акта с точки зрения его места и роли в правовой
системе РФ является необходимым элементом правоприменения,
практическая реализация выводов Конституционного Суда РФ,
изложенных в резолютивной части его постановления от 16 июня 1998 г.,
привела бы к параличу судебной системы РФ2.
Таким образом, проблема, поставленная в решении Конституционного
Суда по делу о толковании ст. 125, 126 и 127 Конституции РФ от 16 июня
1998 г., заключается не в том, что общие и арбитражные суды не могут (не
вправе) самостоятельно оценивать нормативно-правовые акты на их кон-
ституционность и законность, а в том, как, не нарушая конституционного
баланса трех ветвей судебной власти, решить вопрос о разграничении меж-
ду ними полномочий по осуществлению нормоконтроля.
1 Аналогичной точки зрения придерживаются некоторые члены Конституционного Суда
РФ, ученые и практики. См.: Особое мнение судей КС РФ по вопросу толкования ст. 125, 126
и 127 Конституции РФ Г.А. Гаджиева и Н.В. Витрука // СЗ. 1998. № 25. Ст. 3004; Жуйков В.М.
Указ. соч. С.219; Брагинский М. Гражданский кодекс. Часть первая. Три года спустя: (Ком-
ментарий с учетом принятых изменений ГК и новых законодательных актов) // ХиП. 1998.
Us 1. С. 15-16; Обзор судебной практики ВС РФ за третий квартал 2000 года: утвержден по-
становлением Президиума ВС РФ от 17 января 2001 г. // ВВС РФ. 2001. № 4. С. 21 (п. 8); Оп-
ределение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 10 октября 2000 г. // ВВС РФ.
2001. № 6. С. 2; Обзор судебной практики ВС РФ за четвертый квартал 2000 года: утвержден
постановлением Президиума ВС РФ от 11 апреля 2001 г. // БВС РФ. 2001. № 8. С. 22 (п. 5);
Обзор судебной практики ВС РФ за первый квартал 2001 г.: утвержден постановлением Пре-
зидиума ВС РФ от 4 июля 2001 г. // БВС РФ. 2001. № 10. С. 21 (п. 2).
1 См.: Осокина ГЛ. Проблемы нормоконтроля в деятельности федеральных судов // Со-
временные проблемы юриспруденции: Сб. науч. трудов / Отв. ред. А.В. Цихоцкий. Новоси-
бирск, 1999. С. 75-79.
355 Раздел IV. Компетенция судов общей юрисдикции
В качестве критериев разграничения полномочий Конституционного
Суда РФ, судов общей юрисдикции и арбитражных судов в сфере нормо-
контроля выступают: а) характер правового акта, подлежащего проверке
(нормативный или ненормативный), а также его место в правовой системе
РФ; б) уровень правовой коллизии (то есть проверка акта на конституцион-
ность или законность); в) характер субъекта - инициатора проверки акта на
соответствие его Конституции или федеральному закону; г) характер юри-
дических последствий нормоконтроля.
Правовую систему РФ в соответствии с конституционным и отрасле-
вым законодательством образуют Конституция РФ; общепризнанные
принципы и нормы международного права и международные договоры с
участием РФ; федеральные конституционные законы; федеральные законы;
нормативные и ненормативные акты Президента РФ, Совета Федерации и
Государственной Думы РФ, Правительства и федеральных органов испол-
нительной власти; конституции (уставы) субъектов РФ; законы и иные
нормативные и ненормативные правовые акты субъектов РФ, затрагиваю-
щие права и интересы граждан и организаций; нормативные и ненорматив-
ные акты органов местного самоуправления, иных органов и организаций, а
также их должностных лиц. Необходимость соответствующей оценки пра-
вовых актов, то есть нормоконтроля, обусловлена иерархической структу-
рой правовой системы РФ, а также внутрисистемными коллизиями. Основ-
ные критерии такой оценки содержатся в нормах Конституции РФ (ч. 2
ст. 4, ст. 15, 16, ч. 3, 5, 6 ст. 76, ст. 79, ч. 3 ст. 90, ч. 1 и 3 ст. 115, ч. 2
ст. 120), ФКЗ «О судебной системе РФ» (ч. 1 и 3 ст. 5), ФЗ «О международ-
ных договорах РФ» (ч. 2 и 3 ст. 5), ГК РФ (п. 2-5, 7 ст. 3, ст. 7), АПК РФ
(ч. 2 ст. 11), ПК РФ (ст. 4 и 6) и могут быть сформулированы в виде сле-
дующих положений: 1) Приоритет Конституции РФ, имеющей высшую
юридическую силу и прямое действие на всей территории РФ. При этом
никакие другие положения Конституции РФ не могут противоречить по-
ложениям ее главы 1 (ст. 1-16), определяющей основы конституционного
строя (ч. 2 ст. 16). 2) Приоритет общепризнанных принципов и норм меж-
дународного права и международных договоров РФ над национальными
законами и иными правовыми актами, кроме Конституции РФ. 3) Приори-
тет Конституции РФ и федеральных законов над законами и иными право-
выми актами субъектов РФ, изданными по предметам совместного ведения.
4) Приоритет Конституции РФ и федеральных законов над законами и
иными правовыми актами субъектов РФ, изданными по вопросам само-
стоятельного ведения в порядке ч. 4 ст. 76 Конституции РФ. Здесь будет
уместным отметить неоднозначность решения вопроса о соотношении фе-
деральных законов и нормативных актов субъектов РФ, изданных по во-
просам самостоятельного ведения, в самой Конституции РФ. Согласно ч. 6
ст. 76 Конституции РФ в случае противоречия между федеральным зако-
ном и нормативным правовым актом субъекта РФ, изданным по вопросам
собственного ведения, приоритет имеет нормативный правовой акт субъек-
та РФ. Однако данная конституционная норма непосредственно нарушает
положения других конституционных норм, а именно ч. 2 ст. 4 и ч. 2 ст. 16.
В соответствии с ч. 2 ст. 4 Конституции РФ Конституция РФ и федераль-
ные законы имеют верховенство на всей территории РФ. Поскольку норма
о верховенстве федеральных законов помещена в гл. 1 Конституции РФ (ст.
1-16), определяющей основы конституционного строя, она не может быть
изменена другими конституционными нормами (в частности ч. 6 ст. 76),
потому что согласно ч. 2 ст. 16 Конституции РФ никакие другие положения
настоящей Конституции не могут противоречить основам конституционно-
го строя. Таким образом, в случае возникновения коллизии между феде-
ральным законом и нормативным актом субъекта РФ, изданным по предме-
там самостоятельного ведения, должен применяться федеральный закон, а
не нормативный акт субъекта РФ в силу прямого предписания норм, со-
держащихся в ч. 2 ст. 4 и ч. 2 ст. 16 Конституции, имеющих приоритет над
ее ч. 6 ст. 76'. 5) Приоритет Конституции РФ и федеральных законов над
актами Президента РФ. 6) Приоритет Конституции РФ, федеральных зако-
нов, актов Президента РФ над актами Правительства РФ. 7) Приоритет
Конституции РФ, федеральных законов, актов Президента РФ и Прави-
тельства РФ над актами федеральных органов исполнительной власти, ме-
стного самоуправления, иных органов и должностных лиц. 8) Не подлежат
применению не опубликованные в официальном порядке для всеобщего
сведения законы, а также иные нормативные правовые акты, затрагиваю-
щие права, свободы и обязанности человека и гражданина.
Простота и логическая стройность системы основных критериев нор-
моконтроля свидетельствуют об их доступности для понимания и само-
стоятельного использования любым правоприменителем, что служит еще
одним доказательством способности судов общей и арбитражной юрисдик-
ции самостоятельно, то есть, не прибегая к помощи Конституционного Су-
да РФ, оценивать нормативные правовые акты на соответствие их Консти-
' Крайне непоследовательную позицию по данному вопросу занимает В.М. Жуйков. С
одной стороны, автор подчеркивает приоритетность положений первой главы Конституции
(с. 63), с другой - ссылаясь на ч. 6 ст. 76 Конституции, пишет о том, что в случае возникнове-
ния противоречия между федеральным законом и нормативным актом субъекта РФ, изданным
в пределах, в которых он осуществляет собственное правовое регулирование, - действует
нормативный акт субъекта Федерации (с. 79). См.: Жуйков В.М. Судебная защита прав граж-
дан и юридических лиц. С. 63, 79.
Раздел IV. Компетенция судов общей юрисдикции
туции РФ и законам. Однако юридические последствия такой оценки, учи-
тывая роль и значение Конституционного Суда и иных федеральных судов
в судебной системе РФ, могут и должны быть различными. Анализ соот-
ветствующих норм Конституции РФ и федеральных законов позволяет вы-
делить три разновидности юридических последствий нормоконтроля.
1) Признание акта или отдельных его положений неконституционными с
последующей утратой таким актом или его части юридической силы (ч. 6
ст. 125 Конституции РФ). 2) Признание правового акта или отдельной его
части незаконным с последующим прекращением юридического действия
такого акта или отдельной его части. Данное последствие нормоконтроля
получило название «признание акта недействительным» (ч. 2 ст. 46 Кон-
ституции РФ, абз. 5 ст. 12, ст. 13 ГК РФ, ст. 137 НК РФ, ст. 7 Закона РФ
«Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы
граждан», ст. 116, ч. 3 ст. 239/8 ГПК, абз. 9 ч. 2 ст. 22, абз. 3 ч. 2 ст. 24
АПК). 3) Признание правового акта неконституционным или незаконным с
последующим его неприменением (ст. 15, ч. 5 ст. 76, ч. 2 ст. 120 Конститу-
ции РФ, ч. 3 ст. 5 ФКЗ о судебной системе РФ, п. 5 ст. 3, п. 2 ст. 7, абз. 12
ст. 12 ГК РФ, ст. 10 ГПК, ч. 2 ст. 11 АПК). Юридическая сущность указан-
ных последствий нормоконтроля может быть сведена к двум его разновид-
ностям: а) утрате правовым актом юридической силы и б) его непримене-
нию.
Практическое значение такого последствия нормоконтроля, как утра-
та правовым актом юридической силы, состоит в том, что акт, признанный
утратившим силу (то есть недействующим, недействительным), исключа-
ется из правовой системы РФ. Поэтому признание правового акта недей-
ствительным' по мотиву его неконституционности или незаконности пред-
ставляет собой эффективный и достаточно оперативный способ устране-
ния правовых коллизий, который хотя и доступен любому федеральному
суду, но лишь в пределах предоставленных ему полномочий. В связи с
этим возникает проблема разграничения полномочий федеральных судов
по устранению правовых коллизий. Указанные полномочия разграничива-
ются с помощью таких критериев, как характер правового акта (норматив-
ный или ненормативный), его место в правовой системе России, а также
уровень правовой коллизии.
' Представляется спорной позиция Конституционного Суда, разграничивающего такие
понятия, как «недействующий» и «недействительный». См.: Постановление КС РФ по делу о
проверке конституционности отдельных положений ФЗ «О прокуратуре РФ» в связи с запро-
сом Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 11 апреля 2000 г. // СЗ. 2000. № 16.
Ст. 1774. Убедительная критика этой позиции содержится в Особом мнении судьи КС РФ
Г.А. Жилина (Там же).
Глава 13. Подведомственность юридических дел 361
С учетом указанных критериев, а также ст. 125 Конституции РФ к ис-
ключительному ведению Конституционного Суда РФ отнесены дела о при-
знании неконституционными (уровень коллизии) федеральных законов;
нормативных актов Президента РФ, Федерального Собрания, Правитель-
ства РФ; конституций (уставов), а также законов и иных нормативных
актов субъектов РФ, изданных по вопросам самостоятельного и совместно-
го ведения (характер акта и его место в правовой системе России). Субъек-
тами права на обращение в Конституционный Суд РФ с просьбой о при-
знании неконституционными перечисленных в ч. 2 ст. 125 Конституции РФ
нормативно-правовых актов являются Президент РФ, Совет Федерации,
Государственная Дума РФ, 1/5 членов Совета Федерации или депутатов
Госдумы РФ, Правительство РФ, Верховный Суд РФ, Высший Арбитраж-
ный Суд РФ, органы законодательной и исполнительной власти субъектов
РФ. Что же касается таких инициаторов конституционного нормоконтроля,
как граждане и суды общей юрисдикции, а также арбитражные суды, то в
соответствии с ч. 4 ст. 125 Конституции РФ Конституционный Суд по жа-
лобам граждан и запросам федеральных судов проверяет конституцион-
ность лишь законов, примененных или подлежащих применению в кон-
кретном юридическом деле. Признание Конституционным Судом РФ оспа-
риваемого нормативного акта, в том числе федерального закона, неконсти-
туционным влечет утрату им юридической силы и как следствие этого раз-
решение судом дела на основе норм Конституции РФ или правового поло-
жения, имеющего наибольшую юридическую силу по отношению к некон-
ституционному акту, прекратившему свое действие (последствие нормо-
контроля).
К ведению общих и арбитражных судов относятся дела о признании
недействительными (последствие нормоконтроля) по мотиву несоответст-
вия законам или иным нормативным актам (уровень коллизии) всех иных
актов, образующих правовую систему России, а именно: ненормативных
актов Президента РФ, Федерального Собрания и Правительства РФ; нор-
мативных и ненормативных актов федеральных органов исполнительной
власти; законов и иных нормативных и ненормативных актов субъектов
Федерации, затрагивающие права и интересы граждан и организаций ;
нормативных и ненормативных актов местного самоуправления, иных ор-
ганов и организаций, а также их должностных лиц (характер акта и его ме-
сто в правовой системе России).
' См. п. 5 ст. 27 ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представитель-
ных) и исполнительных органов государственной власти субъектов РФ в ред. ФЗ от 29 июля
2000 г. (СЗ. 1999. № 42. Ст. 5005; 2000. №31. Ст. 3205).
362 Раздел IV. Компетенция судов общей юрисдикции
Особое внимание следует обратить на нормативные акты Правительст-
ва РФ. Дело в том, что согласно Конституции РФ (ст. 125) дела о призна-
нии нормативных актов Правительства РФ неконституционными и, следо-
вательно, недействительными (ч. 6 ст. 125) отнесены к ведению Конститу-
ционного Суда РФ. Верховный Суд РФ рассматривает в соответствии со
ст. 116 ГПК дела о признании недействительными по мотиву несоответст-
вия федеральному закону, но не Конституции (уровень коллизии) лишь
ненормативных актов Правительства РФ. Однако в порядке исключения из
этого правила (имеется в виду характер акта) в соответствии с ФКЗ «О во-
енных судах» (подп. 1 п. 3 ст. 9) Военная коллегия ВС РФ вправе рассмат-
ривать дела об оспаривании нормативных актов Правительства РФ, затра-
гивающих права, свободы и охраняемые законом интересы военнослужа-
щих, а также граждан, проходящих военные сборы. Таким образом, Вер-
ховный Суд РФ в лице его Военной коллегии вправе признавать норма-
тивные акты Правительства РФ недействительными по мотиву несоот-
ветствия их федеральному законодательству о военной службе. По смыслу
ч. 9 ст. 23 ФКЗ «О Правительстве РФ», действующего в редакции от 31 де-
кабря 1997 г., акты Правительства РФ как нормативного, так и ненорматив-
ного характера могут быть обжалованы в суд и в иных случаях.
Полномочия судов общей и арбитражной юрисдикции по устранению

<< Пред. стр.

страница 36
(всего 62)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign