LINEBURG


<< Пред. стр.

страница 25
(всего 62)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

цессе. М.: Юрид. лит., 1964. С. 13.
242 Раздел II. Лица, участвующие в деле
теля к числу лиц, участвующих в деле'. Другие - к числу лиц, содействую-
щих правосудию2. Следует заметить, что позиция ученых, рассматриваю-
щих судебного представителя в качестве лица, содействующего правосу-
дию, получила поддержку со стороны Конституционного Суда РФ. Отка-
зывая в принятии жалобы гражданина на нарушение его конституционных
прав ч. 2 ст. 186 АПК РФ, Конституционный Суд РФ сослался на то, что
представитель стороны в арбитражном процессе не является лицом, участ-
вующим в деле, в силу чего он не вправе претендовать на извещение его о
времени и месте разбирательства дела в судебно-надзорной инстанции3.
Наиболее правильной представляется первая точка зрения. Несмотря на то,
что судебный представитель выступает в процессе от чужого имени и в
чужих интересах, он тем не менее является лицом, участвующим в деле, по
следующим соображениям.
Как известно, лица, участвующие в деле, и лица, содействующие пра-
восудию, разграничиваются по такому признаку, как наличие или отсутст-
вие у субъекта процесса юридического интереса к делу. Представляя мате-
риально-правовые интересы сторон и третьих лиц, судебный представитель
объективно и субъективно заинтересован в конкретном процессуальном
результате, то есть в исходе дела в пользу представляемого им лица. По-
скольку такая заинтересованность судебного представителя непосредст-
венно вытекает из закона или договора, она носит юридический характер.
Таким образом, защищая в суде чужие права и законные интересы, судеб-
ный представитель, как и процессуальный истец, выступает носителем
1 См., напр.: Чечот Д.М. Указ. соч. С.14-15; Ильинская И.М., Лесницкая Л.Ф. Указ, соч.;
Щеглов В.Н. Субъекты судебного гражданского процесса, 1979. С. 88; Розенберг Я.А. Указ,
соч.; Курс советского гражданского процессуального права / Отв. ред. А.А.Мельников, 1981.
Т. 1.С. 301-305 (автор главы - А.А Мельников); Гражданский процесс. Учебник / Под ред.
В.А. Мусина, Н.А. Чечиной, Д.М. Чечота. М.: Проспект, 1987. С. 108 (автор главы - А.А. Фе-
ренц-Сороцкий); Викут М.А.. Зайцев И.М. Гражданский процесс России: Учебник. М.:
Юристь, 1999. С. 113 (автор главы - М А Викут); Гражданский процесс: Учебник / Под ред.
М.К. Треушникова. М.: Городец-издат. 2000. С. 148-149 (автор главы - Е.В. Салогубова); Ва-
леев Д.Х. Лица, участвующие в исполнительном производстве. Казань. 2000. С. 63; Власов А.
Адвоката надо считать «лицом, участвующим в деле» // Рос. юстиция. 2001. № 6. С. 30-31.
2 См., напр.: Шакарян М.С. К вопросу о понятии и составе лиц, участвующих в граждан-
ских делах // Труды ВЮЗИ. Т. XVI. Ч. II. М., 1970; Хутыз М.Х. О составе лиц, участвующих в
деле, и процессуальное положение прокурора, возбудившего гражданское дело в интересах
других лиц // Проблемы государства, демократии и права в материалах 26 съезда КПСС. Рос-
тов-на-Дону, 1981; Гражданское процессуальное право России:Учебник для вузов / Под ред.
М.С. Шакарян. М.:Былина, 1996. С. 56 (автор главы - М.С.Шакарян); Комментарий к ГПК
РСФСР (научно-практический) / Под ред. М.С. Шакарян М.: Юристь. 2000. С. 142 (автор
главы - ОН. Чистякова).
3 Определение Конституционного Суда РФ от 18 апреля 2000 г. // СЗ. 2000. № 21.
Ст. 2257. - . .
Глава 9. Представительство в суде 243
процессуального интереса, который в зависимости от конкретного вида
представительства может носить служебный, профессиональный или об-
щественный характер. Более того, в отличие от процессуального истца,
который не может рассчитывать на получение гонорара за оказываемую по-
мощь, интерес договорного представителя может иметь одновременно и ма-
териально-правовой характер, поскольку размер причитающегося ему возна-
граждения зависит от исхода дела, то есть процессуального результата.
Далее, будучи процессуальным дублером стороны или третьего лица,
судебный представитель с точки зрения формальной логики не может быть
зачислен в иную, чем сам представляемый (сторона или третье лицо), груп-
пу участников процесса, то есть в группу лиц, содействующих правосудию.
Это тем более очевидно, если учесть, что задачей судебного представителя
является оказание помощи и содействия не суду (не правосудию в целом), а
конкретной стороне или третьему лицу, то есть представляемому. В этой
связи хочется вспомнить слова профессора В.Н. Щеглова, который гово-
рил, что ставить перед истцом или ответчиком задачу установления истины
по делу - значит похоронить правосудие. Чтобы убедиться в справедливо-
сти этих слов, достаточно привести пример из истории русской адвокату-
ры. Знаменитый адвокат Федор Плевако на пари с миллионером Саввой
Морозовым добился оправдания пожилого священника, обвинённого в рас-
трате небольшой суммы денег. В защиту подсудимого Ф. Плевако сказал
следующее: «Конечно, батюшка поступил дурно. Но ведь он 30 лет молил-
ся за нас и отпускал нам грехи. Так отпустим и мы единственный его грех,
люди православные!»
Рассматривая статус представителя в содержательном плане, то есть с
точки зрения его процессуальных прав и обязанностей, нетрудно заметить,
что при ведении дела от имени и в интересах стороны либо третьего лица в
пределах предоставленных полномочий, судебный представитель пользу-
ется процессуальными правами и несет процессуальные обязанности лица,
участвующего в деле. По действующему гражданско-процессуально-му
законодательству он имеет право: а) возбуждать дело или производство и
подписывать исковые заявления, ходатайства, жалобы; б) выступать с объ-
яснениями по существу дела, в судебных прениях и с репликой; в) в преде-
лах предоставленных ему полномочий заявлять отказ от иска, заключать
мировое соглашение и таким образом инициировать прекращение произ-
водства по делу; г) в пределах предоставленных полномочий признавать
иск, обжаловать судебные акты, а также требовать их принудительного
исполнения; д) несет обязанности по оплате судебных расходов, соблюде-
нию процессуальной дисциплины и т.п. Приведенный перечень прав и обя-
занностей красноречиво свидетельствует о том, что по своему правовому
244 Раздел //. Лица, участвующие в деле
положению судебный представитель является лицом, участвующим в деле,
потому что способен оказывать влияние на возникновение и дальнейшее
развитие судебного процесса по гражданскому делу.
Субъективное нежелание признавать судебного представителя лицом,
участвующим в деле, с одной стороны, и объективная невозможность при-
знания его лицом, содействующим правосудию, с другой стороны, побуди-
ли некоторых авторов к поиску компромиссного варианта решения этого
вопроса. Речь идет о позиции Т.Н. Евстифеевой, по мнению которой судеб-
ные представители вообще не являются субъектами (участниками) граж-
данского процессуального отношения, потому что допускаются в процесс
лишь для «восполнения, замены или дополнения дееспособности представ-
ляемых ими лиц»1. Судебный представитель - это некий процессуальный
«рукоприкладчик» сторон и третьих лиц. Однако такой подход к определе-
нию статуса судебного представителя представляется абсурдным как с тео-
ретической, так и практической точек зрения. Судебный представитель
является самостоятельным субъектом гражданского процессуального права
и гражданского процессуального отношения, ибо обладает вполне опреде-
ленными процессуальными правами и обязанностями, которых нет и не
может быть в принципе у других участников процесса.
Наличие у судебного представителя юридического интереса, обуслов-
ленного необходимостью оказания стороне или третьему лицу помощи в
защите его субъективных прав и интересов, исключает возможность заяв-
ления судебному представителю отвода. В перечне лиц, подлежащих в
соответствии с требованием соответствующих норм ГПК отводу, нет
судебных представителей. И это не случайно. Согласно ГПК основанием
для заявления отвода участнику процесса выступает его заинтересован-
ность в исходе дела. Это означает, что лица, участвующие в деле, в силу
своей заинтересованности в деле не подлежат отводу вообще, тогда как
иные участники процесса (судьи, секретарь судебного заседания), в том
числе лица, содействующие правосудию, могут быть отведены, поскольку
по закону они не имеют и не должны иметь интереса к делу. Сама по себе
дискуссия по вопросу о статусе судебного представителя не столь без-
обидна, как может показаться на первый взгляд. Например, отсутствие в
перечне лиц, подлежащих отводу, судебных представителей расценивается
некоторыми авторами как несовершенство действующего законодательст-
ва, которое предлагается устранить путем закрепления в ГПК правила об
1 Евстифеева Т.Н. Гражданские процессуальные правоотношения: Автореф. дис. ... канд.
юрид. наук Саратов, 2001. С. 8, 28.
Глава 9. Представительство в суде 245
отзыве представителя1. Реализация такого предложения привела бы к неоп-
равданному ущемлению права стороны и третьего лица вести свои дела в
суде через представителя путем незаконной и необоснованной коррекции
ее (его) волеизъявления, а в случаях законного представительства - самого
законодателя при решении вопроса об избрании (назначении) конкретного
физического лица в качестве судебного представителя.
В отличие от ГПК ФЗ «Об исполнительном производстве»2 прямо оп-
ределяет статус представителя стороны как лица, участвующего в испол-
нительном производстве (гл. II и ст. 33). Такое решение спорного вопроса
о правовом положении судебного представителя в одном из федеральных
законов вселяет надежду и уверенность, что в новом ГПК данная проблема
получит, наконец, четкое и адекватное законодательное разрешение.
9.2. Субъекты судебного представительства
Анализ понятия «судебное представительство» был бы далеко не пол-
ным без характеристики таких фигур, как представляемый и представи-
тель. По буквальному смыслу ст. 43 ГПК право на участие в процессе че-
рез представителя принадлежит только физическим и юридическим лицам.
Однако это законоположение нуждается в уточнении. Во-первых, в качест-
ве представляемых, то есть лиц, участвующих в деле через представителя,
могут выступать не только юридические лица, но и такие коллективные
образования, которые не обладают статусом юридического лица. Речь идет
о трудовых коллективах, комиссиях по делам несовершеннолетних и тому
подобных участниках процессуального отношения. Во-вторых, право на
участие в деле через представителя предоставлено лишь тем гражданам и
коллективным образованиям, которые занимают в процессе положение
лиц, участвующих в деле, то есть участвуют в нем в качестве сторон,
третьих лиц, а также органов управления. Исключение из этого правила
предусмотрено лишь для прокурора, который независимо от формы своего
участия в деле обязан осуществлять процессуальные права и исполнять
процессуальные обязанности лично.
Что же касается таких участников процесса, как судья, секретарь су-
дебного заседания, судебный пристав, свидетель, эксперт, переводчик, по-
нятые, то характер процессуальных прав и обязанностей указанных субъек-
тов таков, что предполагает исключительно их личное участие. Таким об-
1 См., напр.: Бахарева О.А. Субъекты, защищающие от своего имени права других лиц в
| гражданском судопроизводстве: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2000. С. 9, 13, 24-
! 25,27,29.
2СЗ. 1997. №30. Ст. 3591.
246 Раздел И. Лица, участвующие в деле
разом, должностные лица суда, судебные приставы, а также лица, содейст-
вующие правосудию, лишены возможности участия в гражданском судо-
производстве через другого субъекта права, то есть представителя.
Юридическая сущность судебного представительства состоит в том,
чтобы компенсировать либо отсутствие у сторон и третьих лиц граждан-
ской процессуальной дееспособности, либо невозможность ее реализации
лично (собственными действиями) по иным причинам. В этой связи одной
из особенностей судебного представителя как субъекта гражданского про-
цессуального отношения является то, что в этом качестве может выступать
только физическое лицо, то есть гражданин1. В этом смысле судебный
представитель отличается от процессуального истца (заявителя), потому
что в качестве процессуальных истцов могут выступать не только граждане
(физические лица), но и коллективные образования, как имеющие, так и не
имеющие статуса юридического лица. Именно этой особенностью объясня-
ется то обстоятельство, что закон, предусматривая конкретный перечень
лиц, могущих выступать в качестве судебных представителей, говорит
именно об адвокатах, а не о коллегиях (п. 1 ст. 44 ГПК); о работниках
предприятий, учреждений, организаций, а не о самих предприятиях, учре-
ждениях, организациях (п. 2 ст. 44 ГПК).
Другой особенностью судебного представителя как субъекта граждан-
ского судопроизводства является то, что в этом качестве может выступать
не всякий гражданин, а лишь совершеннолетний и дееспособный. Данная
особенность непосредственно вытекает из ст. 47 ГПК, в соответствии с ко-
торой «представителями в суде не могут быть лица, не достигшие совер-
шеннолетия или состоящие под опекой либо попечительством». Из этого
запрета следует, что в случаях снижения несовершеннолетнему брачного
возраста (ст. 13 СК РФ в редакции ФЗ от 15 ноября 1997 г.2; п. 2 ст. 21 ГК)
или его эмансипации (ст. 27 ГК) гражданин еще до наступления совершен-
нолетия приобретает гражданско-процессуальную дееспособность стороны
или третьего лица в смысле способности лично вести свои дела в суде и
поручать ведение дела представителю (ч. 1 ст. 32 ГПК). Однако такой гра-
жданин (имеется в виду его несовершеннолетие) лишен возможности, во-
' Исключения из этого правила предусмотрены соответствующими нормами Семейного
кодекса (ст. 123, 147), а также иными федеральными законами (например, Законом РФ «О
психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании»), в соответствии с кото-
рыми обязанности представителей (опекунов и попечителей) возлагаются не на физических
лиц, а на органы опеки и попечительства, а также администрацию воспитательных, лечебных
и тому подобных учреждений, в которых находятся представляемые лица. В суде интересы
таких лиц будут представлять уполномоченные соответствующих органов.
2СЗ. 1997. №46. Ст. 5243.
преки утверждениям некоторых авторов1, представлять в суде интересы
других лиц, то есть участвовать в деле в качестве судебного представителя,
потому что в соответствии с прямым предписанием гражданско-
процессуальной нормы (ст.47 ГПК) одним из обязательных условий воз-
никновения у физического лица способности вести в судах дела от чужого
имени и в чужих интересах является его совершеннолетие.
В связи с изложенным представляется спорным положение п. 3 ст. 62
СК РФ в той его части, где говорится, что «граждане, достигшие возраста
14 лет, вправе требовать установления отцовства в отношении своих детей
в судебном порядке». Судебное установление отцовства в отношении кон-
кретного ребенка представляет собой акт подтверждения судом факта про-
исхождения ребенка от конкретного ответчика - предполагаемого отца.
Таким образом, в делах об установлении отцовства речь идет о судебном
подтверждении факта наличия или отсутствия родительского правоотно-
шения, управомоченными и обязанными субъектами которого является
соответственно ребенок (истец) и его предполагаемый отец (ответчик). В
связи с этим 14-летняя мать, требуя в соответствии с предписанием семей-
но-правовой нормы установления отцовства в отношении своего ребенка,
претендует тем самым на участие в деле в качестве законного представи-
теля ребенка — истца в материально-правовом смысле. Поскольку возник-
новение представительской гражданско-процессуальной правоспособности
у граждан связывается с фактом их совершеннолетия (ст. 47 ГПК), поло-
жение п. 3 ст. 62 СК в соответствующей его части носит явно выраженный
коллизионный характер. Совершенно иначе должен решаться вопрос в слу-
чаях, предусмотренных тем же п. 3 ст. 62 СК, где речь идет о праве несо-
вершеннолетних родителей, достигших возраста 14 лет, заявлять в суде
требования о признании или оспаривании своего отцовства либо материн-
ства. По делам о признании или оспаривании отцовства либо материнства
несовершеннолетние родители выступают в качестве сторон, а не судеб-
ных представителей, потому что защищают свои, а не чужие (имеются в
виду права ребенка) субъективные права и охраняемые законом интересы.
Ввиду изложенного критика Л.А. Грось2, направленная в адрес автора на-
стоящего издания по вопросу толкования п. 3 ст. 62 СК РФ, является не-
достаточно корректной.
См.. напр.: Ванеев Д.Х. Лица, участвующие в исполнительном производстве. Казань:
•Унипресс, 2000. С.88.
! Грось Л.А. Научно-практическое исследование влияния норм материального права на
разрешение процессуально-правовых проблем в гражданском и арбитражном процессе: Учеб-
: пособие. Хабаровск, 1999. С. 122.
248 Раздел П. Лица, участвующие в деле
Конкретный перечень лиц, которые могут быть представителями в су-
де, закреплен в ст. 44 ГПК.
В первую очередь, к таким лицам согласно п. 1 ст. 44 ГПК относятся
адвокаты. Согласно ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ»
от 31 мая 2002 г. адвокат осуществляет свою процессуальную деятельность
на профессиональной основе в зависимости от формы адвокатского обра-
зования индивидуально (адвокатский кабинет) или в составе коллегии ад-
вокатов, адвокатского бюро, юридической консультации. Поэтому защита
или оказание помощи в защите субъективных прав и законных интересов
граждан и организаций является для адвоката не служебным, а профессио-
нальным занятием.
Согласно п. 2 ст. 44 ГПК представителями в суде могут быть также
работники предприятий, учреждений, организаций по делам этих органи-
заций. Таким образом, в п. 2 ст. 44 ГПК речь идет о представительстве
юридических лиц. В этой связи необходимо обратить особое внимание на
те ошибки в трактовке института представительства юридических лиц, ко-
торые, к сожалению, имеют место в законодательных актах, постановлени-
ях Пленума Верховного Суда РФ, обзорах судебной практики, а также
учебной и научной литературе. Речь идет о том, что орган юридического
лица иногда ошибочно именуют представителем юридического лица1. На-
пример, ст. 27 Налогового кодекса РФ озаглавлена: «Законный представи-
тель налогоплательщика»2. В п. 1 указанной статьи говорится о том, что
«законными представителями налогоплательщика-организации признаются
лица, уполномоченные представлять указанную организацию на основании
закона или ее учредительных документов».
Таким образом, законодатель ставит знак равенства между органом
юридического лица и его представителем. Однако представлять интересы
юридического лица еще не значит быть его представителем в строгом юри-
дическом значении этого слова, о чем свидетельствует сравнительный ана-
лиз п. 1 ст. 53 и п. 3 ст. 55 ГК РФ. Следует заметить, что проблема разгра-
ничения таких понятий, как «орган юридического лица» и «представитель
юридического лица», особенно актуальна на современном этапе развития
правовой системы России. Например, процедура ликвидации юридического
лица, а также признания его несостоятельным (банкротом), требует для
своей реализации достаточно много времени. Поэтому вопрос о правовом
статусе ликвидкома (ликвидатора), а также внешнего управляющего имеет
' Например, Д. Степанов, исследуя правовую природу органа юридического лица, прихо-
дит к выводу, что орган юридического лица является его законным представителем. См.: Сте-
панов Д. Компания, управляющая хозяйственным обществом // ХиП. 2000. № 10. С. 62-63.
2См.:СЗ. 1998 №31. Ст. 3824.
Глава 9. Представительство в суде 249
сугубо практическое значение. Речь идет о том, в каком качестве действуют
ликвидком (ликвидатор) и внешний управляющий: органа юридического
лица или его представителя. Одни авторы относят внешнего управляющего к
числу законных представителей юридического лица'. Другие полагают, что
внешнего управляющего нельзя рассматривать ни в качестве органа юриди-
ческого лица, ни в качестве его представителя. Внешний управляющий - это
особый, абсолютно самостоятельный субъект права". С точки зрения процес-
суальной теории, действующего законодательства и потребностей правопри-
менительной практики статус внешнего управляющего, а также ликвидаци-
онной комиссии может быть определен только по принципу «или-или»: либо
это орган юридического лица, либо его представитель, третьего не дано. По
смыслу действующего законодательства, регламентирующего процедуру
внешнего управления (гл. 5 ФЗ «О несостоятельности»)3, а также ликвидации
юридического лица (ст. 61-63 ГК РФ) внешний управляющий и ликвидаци-
онная комиссия (ликвидатор) являются органами юридического лица, а не
его представителями4. Такой вывод обусловлен двумя причинами. Во-
первых, тем, что юридическая сущность процедур внешнего управления и
ликвидации заключается в переходе полномочий по управлению делами
юридического лица на период внешнего управления и ликвидации к внеш-
нему управляющему (ст. 69 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)») и лик-
видкому (п. 3 ст. 62 ГК РФ). Во-вторых, всякое юридическое лицо прекраща-
ет свое существование лишь после внесения записи о его ликвидации в еди-
ный государственный реестр юридических лиц (п. 8 ст. 63 ГК, пп. 3 и 4 ст.
119 ФЗ «О несостоятельности»). Следовательно, пока существует юридиче-
ское лицо, существуют и его органы, через которые юридическое лицо при-
обретает субъективные права и принимает на себя юридические обязанности
(см. п. 1 ст. 53 ГК), то есть проявляет себя как субъект права. Причем орган
юридического лица представляет собой такую его органическую часть, кото-
рая формирует и реализует волю коллективного субъекта права5. Поэтому
1 См., напр.: Комментарий к ГПК РСФСР (научно-практический) / Под ред. М.С. Шака-
рян. М: Юристъ, 2000. С. 144 (автор главы - О.П Чистякова); Комментарий к ГПК РСФСР /
Под ред. М.С. Шакарян. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юристь, 2001. С. 156 (автор главы -
О.П. Чистякова).
2 См.: Зинченко С.. Казачанский С., Зинченко О. Поиск новой модели законодательства о
банкротстве // ХиП. 2001. № 3. С. 32-33.
'СЗ. 1998. Кг 2. Ст. 222.
4 Такой позиции придерживается также Высший Арбитражный Суд РФ. См., напр., п. 12
Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13 января 2000 г. № 50 (ХиП. 2000. № 4.
С. 82); п. 28 Обзора отдельных постановлений Президиума ВАС РФ по спорам, связанным с
; представительством и доверенностью (ХиП. 2001. № 2. С. 121-122).
s См.: Брагинский М. Юридические лица // ХиП. 1998. № 3. С. 15.
250 Раздел II. Лица, участвующие в деле
орган юридического лица и само юридическое лицо являют собой единого
субъекта права, в связи с чем процессуальные действия органа юридиче-
ского лица должны расцениваться как действия самого юридического лица.
Что касается представителя (в том числе судебного) юридического ли-
ца, то представитель всегда выступает как внешний по отношению к юри-
дическому лицу субъект права ( ср., например, ст. 53, 55, 182 ГК), который
реализует свою собственную право- и дееспособность. Не случайно ст. 43
ГПК гласит, что дела юридических лиц в суде ведут их органы или пред-
ставители. И если полномочия органа юридического лица подтверждаются
документом, удостоверяющим его полномочия или компетенцию, то пол-
номочия представителя юридического лица, в том числе судебного, удо-
стоверяются доверенностью (или приравненным к ней документом), кото-
рая выдается органом юридического лица (п. 3 ст. 55, п. 5 ст. 185 ГК; ч. 3
ст. 45 ГПК). Поскольку доверенность представляет собой письменное упол-
номочие, выдаваемое одним лицом (в данном случае юридическим)
другому лицу (представителю) для представительства перед третьими ли-
цами (п. 1 ст. 185 ГК), то основанием возникновения у представителя юри-
дического лица соответствующих полномочий является волеизъявление
юридического лица, то есть его органа.
В связи с вышеизложенным необходимо иметь в виду, что в п. 2 ст. 44
ГПК речь идет о таких работниках юридического лица-организации, кото-
рые действуют в суде в качестве именно судебных представителей, а не его
органов. Чаще всего в роли судебных представителей юридических лиц
выступают юристы (юрисконсульты), которые, как и адвокаты, обладают
познаниями в области права. Однако в отличие от последних юристы орга-
низаций осуществляют свою деятельность в силу своего служебного,
должностного положения, потому что основанием возникновения предста-
вительских отношений в суде выступает трудовой договор.
В соответствии с п. 3 ст. 44 ГПК в качестве судебных представителей
могут выступать уполномоченные профсоюзов по делам работников, а так-
же других лиц, защита прав и законных интересов которых осуществляется
профсоюзами.
Согласно п. 4 ст. 44 ГПК судебными представителями могут быть
также уполномоченные организаций, которым законом, уставом или поло-
жением предоставлено право защищать интересы членов этих организаций.
Под уполномоченными профсоюзов, а также иных организаций, которым
предоставлено право защищать в суде интересы членов соответствующих
организаций имеются в виду сотрудники платного аппарата общественных
объединений (профсоюзов, РАО, ВОИР и т.п.). Речь идет о консультантах,
Глава 9. Представительство в суде 251
инспекторах, имеющих, как правило, юридическое образование и опыт ве-
дения судебных дел.
В п. 5 ст. 44 ГПК говорится об уполномоченных организаций, кото-
рым законом, уставом или положением предоставлено право защищать в
суде интересы других лиц. Думается, что в данном пункте имеются в виду,
во-первых, уполномоченные организаций, участвующих в деле в качестве
процессуальных истцов (заявителей)', во-вторых, уполномоченные юриди-
ческих фирм или кооперативов, чьи сотрудники или члены ведут в судах
дела клиентов своих фирм или кооперативов по поручению последних.
В качестве судебного представителя согласно п. 6 ст. 44 ГПК может
быть один из соучастников по поручению других соучастников.
В соответствии с п. 7 ст. 44 ГПК в роли судебных представителей
могут выступать лица, допущенные судом к представительству по данному
делу. Таким образом, в пп. 6 и 7 ст. 44 ГПК имеются в виду обычные граж-
дане, выступающие в суде от имени и в интересах других граждан, реже
юридических лиц (то есть сторон и третьих лиц).
В связи с тем, что наравне с физическими и юридическими лицами са-
мостоятельными участниками экономического оборота являются также РФ,
субъект РФ и муниципальное образование (п. 1 ст. 124 ГК РФ), возникает
вопрос о представительстве в суде интересов государственного или муни-
ципального образования. Следует заметить, что этот вопрос не урегулиро-
ван в действующем ГПК. В соответствии со ст. 125 ГК РФ дела Российской
Федерации, субъектов РФ, а также муниципальных образований от их
имени ведут в суде органы государственной власти или местного само-
управления в рамках их компетенции, установленной актами, определяю-
щими их статус. Выражение «от их имени» нельзя толковать таким обра-
зом, что государственные органы или органы местного самоуправления
выступают в суде в качестве судебных представителей Российской Феде-
рации, субъекта РФ или муниципального образования. В соответствии с
действующим гражданским и гражданско-процессуальным законодатель-
ством, а также правоприменительной практикой действия соответствующе-
го государственного органа или органа местного самоуправления следует

<< Пред. стр.

страница 25
(всего 62)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Copyright © Design by: Sunlight webdesign